Елена ПЕТРОВА: «Выиграла серебро в Нагано с помощью палок Зубриловой»

Серебряная призерка Олимпийских Игр-1998 дала эксклюзивное интервью Sport.ua

Getty Images. Елена Петрова
© Getty Images. Елена Петрова
Сегодня, 24 сентября, свой 45-й день рождения отмечает одна из самых титулованных биатлонисток в истории Украины Елена Петрова. Накануне юбилея серебряная призерка Олимпийских Игр-1998, 10-кратная призерка чемпионатов мира и многократная триумфаторка и призерка гонок этапов Кубков мира и первенств Европы рассказала Sport.ua о своем знакомстве со спортом, переезде в Украину, первых успехах на международном уровне, а также призналась, с помощью чьих лыжных палок выиграла главную награду в своей великой карьере.
 
– Я начала заниматься спортом с раннего детства. Во-первых, мне с детства нравилось кататься на лыжах, на коньках. Мне всегда хотелось чем-то выделиться. В школьных соревнованиях по лыжным гонкам я была одной из лучших.
 
– А как в биатлон перешли из лыжных гонок?
– В биатлон меня пригласили. Так получилось, что тренер биатлона предложил мне попробовать стрельбу – посмотреть, как она у меня получается. Получилось неплохо, а далее тренировала бег на лыжах и стрельбу в комплексе, то есть биатлон. Этот вид спорта мне был более интересен, чем просто лыжные гонки. 
 
В 17 лет я стала чемпионкой первенства СССР среди девушек, и это было толчком для дальнейших тренировок, мотивацией. Был стимул и желание достичь большего и быть мастером спорта СССР – в то время это было самое высокое звание, к чему я шла.
 
– Расскажите о своем знакомстве с тренером Романом Бондаруком, после которого Вы переехали в Украину.
– На одном из чемпионатов СССР он спросил меня, не хотела бы я переехать в другую страну и выступать за другую Республику – Украину. Я ответила, что нужно еще согласовать с моим личным тренером. Мне предложение понравилось, я всегда мечтала побывать в теплых странах, но надо в первую очередь все равно решить этот вопрос с личным тренером, отпустит ли он меня куда-то. 
 
 
Так и решилось. Анатолий Леонидович Богданов, мой тренер сказал мне: «Лен, раз так, значит выезжаешь в Украину». Но я видела, что ему было очень жалко меня отдавать. Он говорил: «Я тебе не смогу ничем помочь. С зарплатой еще как-то могу помочь, а вот с квартирой...». Тогда и договорились, что я уезжаю в Украину.
 
– Тяжело было принять решение о переезде?
– Для меня было легко принять решение, потому что мотивация была другая, теплая страна. Сложнее было для моего тренера, ведь на то время я была одной из лучших спортсменок в команде у своего тренера, поэтому благодарна ему, что он спросил, хочу ли я переехать. Он спросил: «Ты бы хотела переехать?». Я ответила: «Ну, да». Если бы я сказала, что нет – думаю, он бы просто обрадовался, что я осталась бы в том городе, в котором тренировалась. 4 мая 1991 года я приехала в Сумы, и Роман Романович встречал меня.
 
– Помните свои первые успехи на международном уровне?
– Я помню поездку с нашей командой на первый этап Кубка мира для независимой Украины, который проходил в словенской Поклюке (Сезон 1992/93 - Прим. Авт.). Помню, мы ездили автобусами, и в дороге так получилось, что я заболела. Готова была очень хорошо, чувствовала себя просто замечательно. Но если простывшая, то результат сразу же падает. Просто запомнилось то, что я показала лучший результат в команде – 11 место в индивидуальной гонке. Я прошла огневые рубежи с 4-мя нулями и для меня это было очень высокое место.
 
 
– Как-то Валентина Цербе рассказывала, что могла и вовсе не попасть в заявку на спринт Олимпийских Игр в Лиллехаммере, если бы Вы не заблудились на дистанции индивидуальной гонки. Можете вспомнить подробнее эту историю?
– Было очень сложно. Это были для меня первые Олимпийские Игры... Сейчас я уже с улыбкой вспоминаю тот момент, потому что вторая Олимпиада для меня стала «серебряной». После того, как я неправильно прошла свои круги – неправильное прохождение дистанции – я очень переживала. Наверное, так и должно было быть, потому что был дан шанс Валентине выступать в спринте. Может, Цербе и так планировалась на эту дистанцию. Не знаю, как тогда планировал тренерский штаб, но в любом случае я рада тому, что Валентина тогда вышла на старт спринта. Конечно, я очень переживала, что я тогда так оплошала. Все-таки каждый спортсмен борется за выход на старт Олимпийских Игр.
 
– Также Валентина Адамовна рассказывала о том, что свою олимпийскую «бронзу» Лиллехаммера она завоевала, пробежав спринт на лыжах Нины Лемеш. Были ли у Вас подобные случаи?
– У меня был случай, когда я бежала на чужих палках. Это как раз было на Олимпийских Играх в японском Нагано. Знаете, до последнего лыжи были не готовы, а палки находились возле входа в домик сервисменов. Мне нужно было уже бежать на старт, я стартовала раньше, чем Елена Зубрилова. Так получилось, что я случайно взяла палки Зубриловой. Она ниже меня на четыре сантиметра, соответственно палки короче. Я не знаю, конечно, как Елена тогда добежала, но после той ситуации я свои палки решила укоротить до того размера, с которыми выступала Зубрилова. Я поняла, что они для меня удобны. Я даже не заметила, как пробежала, финишировала, а потом в конце уже, когда соревнования закончились, я узнала, что бежала с палками Елены Зубриловой.
 
 
– А какая это была гонка в Нагано?
– Это как раз была серебряная медаль – индивидуальная гонка.
 
– Интересно получается: Валентина Цербе завоевала бронзу Лиллехаммера на лыжах Нины Лемеш, а Вы выиграли серебряную медаль в Нагано с помощью палок Елены Зубриловой...
– Вот так получилось. Мы говорим, что так и должно было быть. Для нас, наверное, это свыше дано, что так и будет, мы абсолютно ничего не изменим. Даже та дистанция, которую я бежала в Лиллехаммере, сыграла на поддержку Валентины Цербе – прекрасного, замечательного спортсмена и человека. Я рада, что она пробежала тот спринт, в котором завоевала свою олимпийскую медаль. Как бы там не было, все к лучшему, в любом случае.
 
– Стала ли неожиданностью серебряная медаль Олимпийских Игр в Нагано?
– Конечно, Олимпийские Игры – это одно, а чемпионат и Кубок мира – другое. Но в любом случае, если ты завоевываешь награду чемпионатов мира в столь любимой для себя дисциплине, как для меня индивидуальная гонка, то вполне можно быть конкурентом для лидеров и на Олимпиаде. Бывают такие моменты, что спортсмен ничего не показывает, а потом на Олимпийских Играх завоевывает медаль – этому можно удивиться. А когда есть медали в индивидуальной гонке, значит ты можешь показать хороший результат на Олимпийских Играх. Главное – собраться, и попытаться показать хороший результат в стрельбе в индивидуальной гонке. И тогда все будет замечательно. Может быть не медаль, но место в десятке сильнейших. Это биатлон. Тем и интересен этот вид спорта, что стрельба и ход по дистанции очень много играют в целом. Поэтому я хотела. Это была уже вторая Олимпиада для меня, я была готова к тому, чтобы соперничать, соревноваться на высоком уровне за пьедестал.
 
– На ЧМ-1999 Вы завоевали серебро в гонке с массовым стартом, Елена Зубрилова выиграла золото. Вы проиграли Елене всего три секунды. Как восприняли то поражение, была ли какая-то обида? Ведь все-таки это могла быть первая золотая медаль мирового первенства...
– Я не считаю, что это для меня было поражением. Я проиграла знаменитому спортсмену, одной из сильнейших биатлонисток мира – Елене Зубриловой. Единственное, конечно, многие говорили, что она могла бы меня дождаться и мы две финишерки-украинки... Это чемпионат мира и каждый хочет быть победителем. Я была рада. Было здорово, что первое и второе место на пьедестале заняли украинские спортсменки.
 
– Как считаете, почему на Играх в Нагано и Солт-Лейк-Сити Украине не удалось завоевать медали в эстафете?
– Это биатлон. У кого-то не сложилось, кто-то не собрался, пошел на штрафные круги. Еще и работа сервисменов: нам тренеры лыжи готовили. Тренеру нужно было пристрелять нас, чтобы была удачная стрельба на огневом рубеже, а также подготовить лыжи. В 1998 году у нас была такая ситуация, что у нас даже сами спортсмены, которые не стартовали на дистанции, помогали тренеру подготовить лыжи. На самом деле сервисменов не было. У нас Игорь Мирославович Починок готовил лыжи, а Ирина Меркушина, которая не стартовала в гонке на 15 км, помогала ему. Мы не успевали подобрать ту смазку, которую надо было использовать на дистанции. Но в любом случае бы стартовали, бежали. На этапе эстафеты в Нагано Валентина Цербе на старте отстала от всех, потому что лыжи были не готовы. Но я не говорю, что виноват тренер, потому что в наше время не было людей, которые бы работали с лыжами. Как-то так все получалось на Олимпийских Играх, что все зависело только от тренера и лично от спортсмена.
 
 
Елена ПЕТРОВА (справа) на ОИ-2002 в Солт-Лейк-Сити
 
– После Олимпийских Игр-2002 в Солт-Лейк-Сити, где украинские биатлонисты, к сожалению, не смогли завоевать ни одной медали, команду покинула Елена Зубрилова. Она перешла в сборную Белоруссии. Как Вы восприняли ее уход?
– Это ее право. Дело в том, что каждая из нас после того провала думала, завершать карьеру или двигаться вперед. Я сама знала, прекрасно понимала, прочувствовала то свое состояние в эстафете. Мне было очень тяжело, но я знала, что спорт я не оставлю, и только в составе сборной Украины я реабилитируюсь после того провала и далее буду выступать за Украину на следующих Олимпийских Играх. Это было для меня самым важным. Жаль что команда, на тот момент одна из сильнейших, распалась. У каждого есть свой выбор. Жаль, конечно, что Елена тогда переехала в Белоруссию, но это ее право.
 
– В Вашем активе есть золото в персьюте на чемпионате Европы-2004 в Минске. Многие биатлонисты не воспринимают всерьез старты первенства Европы. Что приятнее для вас: золото европейского первенства, или призовое место в гонке этапа Кубка мира?
– Я думаю, что каждый старт очень важен. Если же мы приезжаем на соревнования, выступаем, значит высокое место для нас всегда почетно. Когда на чемпионате Европы соревнуешься с такими именитыми спортсменками как Елена Зубрилова, и выигрываешь на одной дистанции у нее, например, то это дорогого стоит. Просто чемпионаты Европы проходят каждый год по-разному. Могут быть сильные спортсмены, могут быть не сильные биатлонисты. Как раз на чемпионате Европы в Белоруссии выступали сильные спортсменки. Пусть это были белоруски, но для меня это тогда был высокий показатель. Я боролась со знаменитыми спортсменками на дистанции, поэтому для меня это был высокий результат.
 
 
– Многие биатлонисты промахиваются на последнем огневом рубеже, зачастую заключительным, пятым выстрелом. С чем, по Вашему мнению, это связано? Как Вам удавалось справляться с этим?
– Я думаю, что многое от человека зависит, ведь когда приходишь на огневой рубеж абсолютно не надо думать о стрельбе. А многие наши спортсмены, к сожалению, когда идут хорошо первые стрельбы, потом в конце идут среди лидеров и на последнем как раз огневом рубеже они психологически сдаются. Знаете, когда спортсмен уже вот-вот близок от пьедестала, он начинает переживать и психологическая проблема срабатывает. Надо работать над собой.
 
Я всегда если делала промах на первом огневом рубеже, то прекрасно понимала, что следующих три, например, если это индивидуальная гонка на 15 км, то я уже абсолютно не имею права делать промахи, за которые даются штрафные минуты. У меня такой тип характера, что я могу справиться, а другим надо просто работать над этим. 
 
У нас есть контрольные тренировки, старты, чемпионаты Украины. Вот как раз там мы тренируемся, соревнуемся, и когда наступают международные соревнования, нужно подходить к стартам так же, как мы ведем себя на тренировочном процессе. Нужно не бояться стрелять, не бояться бежать, работать на результат по дистанции и на огневых рубежах.
 
– Сложно ли Вам было принять решение о завершении спортивной карьеры?
– Всегда сложно уходить из спорта. Но лучше вовремя уйти, когда ты понимаешь, что уже наступает время давать молодым дорогу. Самое главное, что есть конкуренция, есть хорошее новое поколение молодежи, которая приходит и продолжает наши лучшие традиции в спорте, побеждает на международных соревнованиях, Олимпийских Играх. Это важнее. Они учились на нас. Потом будут уже новые, молодые ребята учиться на тех, которые сейчас выступают. Это неизбежно. Как бы там не было, важно завершить карьеру вовремя, отдать дорогу молодым и радоваться их результатам и выступлениям. Важно всегда понимать, что мы едины. Хотелось бы, чтобы новое поколение нас почитало, ценило, уважало. Потому что без нашего прошлого не было бы их настоящего. Результат за счет того, что мы выступали, им хотелось поддержать, они втянулись. Это определенная цепочка результатов. Хотелось бы продолжения. Спорт не вечен, а олимпийская история продолжается. Дай Бог еще нашим мужчинам радовать успешными выступлениями не только на чемпионатах мира, но и на Олимпийских Играх.
 
 
– Как считаете, сильнее конкуренция была во время Ваших выступлений, или в современном биатлоне?
– Абсолютно нельзя сравнивать. Наше время – это наше время. У нас были другие лыжи, у нас было намного меньше количество лыж. В целом, у нас было меньше той же смазки, тех же парафинов. Наше время нельзя сравнивать. Конкуренция для нас была тоже высокая тогда, поэтому сравнивать я не вижу смысла.
 
– Кто нравится не из украинских спортсменов по стилю бега, по стилю стрельбы. За кого переживаете?
– Если честно, я переживаю за Бьорндалена. На самом деле это легендарная личность. Переживаю за этого человека, потому что есть определенный возраст, а он помимо своих природных данных еще и труженик.  Я видела, как он тренировался. Доказывать ему ничего не надо, у него и так достаточно медалей. Просто хочется, чтобы он и дальше показывал свой высокий результат до того времени, пока он не решит завершить свою спортивную карьеру. Я просто любуюсь и горжусь ним. В целом сейчас очень много талантливых спортсменов. Это биатлон, еще раз повторяюсь. Многое зависит от стрельбы, от работы на дистанции. Сегодня есть очень много хороших спортсменов.

 

Все фото – Getty Images

Автор — Денис Шаховец, Sport.ua

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии
Вы не авторизованы.
Если вы хотите оставлять комментарии, пожалуйста, авторизуйтесь.
Если вы не имеете учётной записи, вы должны зарегистрироваться.